Боссы говорят о позитиве, а гонщики пока молчат.

О самой скандальной сделке «Формулы-1» 2020 года наконец-то объявили официально: в следующем году серия впервые приедет в Саудовскую Аравию. «Ф-1» не в первый раз заглядывает в страны с сомнительной репутацией, но сейчас история происходит на фоне рекордной активности чемпионата в сфере борьбы с расизмом и другими видами дискриминации – и оттого становится еще более неприглядной.

Как же «Ф-1» дошла до точки максимального диссонанса между декларируемыми целями и предпринимаемыми действиями? Давайте разбираться в миксе из We Race As One, прав человека, мощнейшего финансового кризиса и привлекательных контрактов.

Саудовская Аравия – богатая страна со средневековыми устоями. И привлекательный партнер

Несмотря на отличные экономические показатели благодаря нефтяным деньгам (Саудовская Аравии занимает 23-е место в мире по ВВП по паритету покупательной способности), хорошо живется в стране далеко не всем. Важно принадлежать к нужной религии, обладать «правильными» убеждениями, сексуальной ориентацией и, конечно, полом – ведь полноценным человеком в этой стране может быть лишь мужчина.

Всего несколько лет назад женщины в Саудовской Аравии не имели таких базовых прав, как возможность голосовать, водить машину, свободно выходить замуж или заводить отношения, получать равную долю наследства и без сопровождения мужчины выходить из дома, получать паспорт и путешествовать. Сейчас наметилось «потепление» – часть ограничений отменена, хотя до полного равенства очень далеко, а активисток, боровшихся в том числе за право женщин водить автомобиль (теперь это законно), до сих пор арестовывают. Несколько лет назад женщинам разрешили голосовать и избираться, но лишь на муниципальных выборах, потому что других в стране нет – абсолютная власть принадлежит королю Салману.

В «активе» у Саудовской Аравии – пытки, отрубания конечностей, наказание плетьми и публичные казни, а также преследование за вероотступничество и гомосексуальность. В прошлом году страна провела массовую казнь 37 человек за пособничество терроризму, причем показания были получены под пытками, а большая часть людей принадлежала к шиитскому меньшинству – правозащитники считают, что власть использует такие действия как политический инструмент в борьбе с оппонентами.

Более 30 процентов населения страны не являются ее гражданами, и если экспаты из Европы чувствуют себя вполне комфортно, то мигранты из азиатских и африканских стран (Бангладеша, Египта, Эфиопии и других) зачастую находятся на положении рабов. Впрочем, здесь, как и в случае с правами женщин, также есть «прогресс»: согласно свежему отчету госдепартамента США, страна «не соответствует минимальным стандартам по предотвращению торговли людьми, однако предпринимает существенные усилия для этого» (в отличие от того, что наблюдалось годом ранее).

Разумеется, о свободной журналистке также можно забыть: к примеру, за критику властей могут убить и расчленить прямо в консульстве своей же страны, как это сделали с Джамалем Хашогги в 2018 году. Хашогги стал диссидентом и покинул полуостров, однако был вынужден зайти в представительство Саудовской Аравии в Стамбуле, чтобы получить документы, необходимые для заключения брака – и так и не вышел оттуда. Власти страны признали убийство, списав его на самодеятельность агентов, хотя считается, что организацией преступления занимались на высшем уровне – вплоть до наследного принца Мухаммеда бен Салмана.

Правозащитники из Amnesty International, естественно, категорически против проведения больших международных соревнований в такой стране:

«Формула-1» должна понимать, что Гран-при Саудовской Аравии в 2021 году станет частью продолжающихся усилий по обелению отвратительной ситуации с правами человека с помощью спорта. Власти страны, по-видимому, все еще рассматривают элитный спорт как средство для ребрендинга своей подмоченной репутации.

Несмотря на то, что женщинам в Саудовской Аравии наконец-то с помпой разрешили водить автомобиль, не боясь оказаться за решеткой, власти недавно арестовали и пытали нескольких активисток, боровшихся за права женщин».

Но обилие нефтяных денег и стремление к улучшению имиджа делает арабов надежными партнерами при проведении разнообразных спортивных мероприятий. Они аккуратно платят взносы и способны обеспечить безопасность участников и высокий уровень организации – так что сотрудничать со страной приятно и выгодно.

С большим автоспортом страна начала заигрывать в 2018 году – тогда в Аравии впервые гостила «Формула E». Соревнования проходят и сейчас, собирая хвалебные отзывы от высоких гостей.

«Я впечатлен изменениями, которые увидел, – заявил босс «Мерседеса» Тото Вольфф, посетивший гонку в этом году, – Когда приезжаешь как турист, не знаешь, как обстоят дела. Но я могу сделать комментарий исходя из того, что видел лично. Это было прекрасное мероприятие без какой-либо сегрегации, женщины и мужчины вместе наслаждались соревнованиями».

В 2020-м из Южной Америки на Аравийский полуостров переехал ралли-рейд «Дакар», который остается здесь и в следующем сезоне. Легендарные Карлос Сайнс-старший, Стефан Петерансель плюс гость из мира «Ф-1» Фернандо Алонсо – отличная вывеска для страны с большими амбициями в автоспорте.

Саудовцы не ограничиваются гонками. В этом году Государственный инвестиционный фонд, который контролируется принцем Мухаммедом (предполагаемым организатором убийства Хашогги) почти купил 80 процентов акций футбольного «Ньюкасла» – сделка в итоге сорвалась. Были и крупные турниры по гольфу и боксу, испанский Суперкубок «Реал» – «Атлетико», а также попытка провести суперматч Надаль – Джокович по теннису, не состоявшийся из-за травмы Рафаэля.

«Формула-1» нелепо оправдывается за лицемерие

Главный гоночный чемпионат планеты не остался в стороне от мирового движения против расизма и других видов дискриминации. Главным активистом стал король современной «Формулы-1» и (почти) семикратный чемпион мира Льюис Хэмилтон. Пилот «Мерседеса» давно освещает острые темы на многомиллионную аудиторию своих соцсетей и в этом году выступает ярче обычного – а еще он участвовал в митингах и организовал специальный комитет, который поможет темнокожим найти себя в автоспорте.

Сложно сказать, стала бы «Формула-1» реагировать на актуальную повестку без Льюиса, однако вряд ли серия проявила такую высокую активность, не будь ее фронтраннер настолько влиятельной фигурой. Деятельность «Ф-1» сосредоточена вокруг инициативы We Race As One, по большей части нацеленной на имиджевый эффект и просвещение зрителей.

Льюис Хэмилтон вышел на массовый протест против расизма. И основал комитет имени себя для продвижения темнокожих в автоспорт

🌈Радуга добралась и до «Ф-1»: команды наносят ее на самые заметные места болидов

С точки зрения месседжа, который чемпионат посылает болельщикам, невозможно придумать худший момент для дебюта в Саудовской Аравии. И оправдания выходят неубедительными.

Босс «Ред Булл» завел песню о спорте вне политики – словно такое вообще возможно:

«Когда мы подписываем контракт на участие в чемпионате, но не диктуем, где проходят гонки, мы обязуемся приезжать на каждый этап. Мы убеждены, что держатели коммерческих прав и руководство серии провели необходимые исследования и принимают решения в интересах «Ф-1». Мы – не политическая организация. Спорт не должен быть политикой».

Руководитель «Феррари» Маттиа Бинотто сфокусировался на слове «позитив» – пожалуй, даже чересчур:

«Наш спорт всегда позитивный. Думаю, он должен всегда посылать позитивный месседж. Спорт может нести позитив. Полагаю, мы должны смотреть на ситуацию таким образом. Нам просто следует понять, что мы можем стать вектором позитива – вот что важно».

Тото Вольфф высказался в аналогичном ключе, упомянув, что «спорт должен объединять».

«Нам нужно с чего-то начать, и я верю в то, что мы сделаем все возможное для того, чтобы сделать мир лучше», – заявил босс «Мерседеса».

Подобный настрой радует, но что же делать с катастрофической ситуацией с правами человека в арабской стране? У «Ф-1» припасено заявление (тоже не без позитива) – а, значит, все в порядке:

«Десятилетиями «Формула-1» упорно работала ради того, чтобы быть позитивной силой, где бы ни проводились гонки, в том числе принося экономические, социальные и культурные преимущества. Мы очень серьезно относимся к своим обязанностям и разъяснили свою позицию относительно прав человека всем партнерам и принимающим странам, которые обязались уважать права человека при организации и проведении мероприятий».

Получается, принимающей стране достаточно не рубить головы во время Гран-при и пойти на сверхпрогрессивные меры вроде допуска женщин на трибуны – и противоречие с генеральной линией «Ф-1» исчезнет. Здорово, правда?

Только вот «Формула-1» продает своим клиентам из Саудовской Аравии нечто выходящее далеко за рамки возможности навариться на продаже билетов и безалкогольного пива на трассе (гонка наверняка будет убыточной для организаторов) и привлечь туристов. Средневековая монархия покупает право быть частью цивилизованного мира. И «Ф-1» предоставляет ей такой шанс.

Что же получит чемпионат в результате сделки? Деньги – это хорошо, но, похоже, ими все и ограничится. Ближневосточный регион уже представлен Гран-при Бахрейна и Абу-Даби (они также вызывали вопросы – но об этом позже), так что расширение влияния на не самом автоспортивном рынке выглядит сомнительно. Захватывающая борьба на трассе тоже не является приоритетом: «Ф-1» даже не утвердила окончательную конфигурацию городского трека в Джидде. За год до Гран-при!

У болельщиков уже есть варианты – к примеру, конфигурация под названием «В жопу все права человека» от юзера DankDormamu на реддите собрала 24 тысячи «плюсов»:

Да, это просто бизнес, и после того, как серия заберет свой кэш, можно снова переживать о правах человека, устраивать красивые акции, еще тысячу раз употребить слово «позитив» и рассказать о том, как похорошела Саудовская Аравия при Мухаммеде Салмановиче. Но «Ф-1» уже никто не поверит.

Причины решения: кризис и новые друзья «Ф-1» из самой дорогой компании мира

«Формула-1» вместе со всем миром окунулась в самый глубокий кризис за многие годы. Первая половина года прошла без гонок – правда, в итоге серии удалось организовать календарь аж из 17 Гран-при (летом это казалось фантастикой). Но глобальных потерь по отношению к изначально запланированным 22 гонкам избежать не удалось: чемпионат почти полностью сосредоточился на Европе, американское турне отменено, а заезды проходят либо без зрителей, либо с их минимальным присутствием. За третий квартал 2020-го доходы упали на 36 миллионов долларов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года несмотря на то, что было проведено на три Гран-при больше, а общие потери составили 104 миллиона (в отчеты за первый и второй квартал лучше вообще не заглядывать).

Чемпионат отчаянно пытается остаться на плаву. Весной аналитики утверждали, что «Ф-1» выживет даже в случае полной отмены сезона-2020, однако, безусловно, затягивающаяся ситуация с коронавирусом не может радовать инвесторов. Приходится идти на крайние меры – и, если честно, мне не хотелось бы сейчас оказаться на месте руководства «Ф-1», ломающего голову над хитросплетением неопределенности, необходимости зарабатывать деньги и этическими вопросами.

На 2021-й серия наметила календарь из рекордных 23 гонок – абсолютно непонятно, как «Ф-1» будет их проводить, если локдауны и ограничения продолжатся (а пока все идет к этому). И вот теперь – историческая сделка с Саудовской Аравией. «Ф-1» уже выступает на «денежных» трассах вроде Сочи и Абу-Даби, взносы которых значительно превышают выплаты от организаторов гонок в условном Монако. По данным Business Book GP, промоутеры этапов в России, Бахрейне и Китае в 2018 году перевели в бюджет «Ф-1» по 56 миллионов долларов, Сингапура – 70, а Абу-Даби – 75. В случае Саудовской Аравии можно было бы потребовать надбавку «за вредность», но, видимо, кризис сказался и здесь: по информации Daily Mail, «Ф-1» будет получать 66 миллионов за год в течение ближайших десяти лет.

Саудовские деньги начали поступать в карман серии еще в начале года: весной «Ф-1» объявила о сотрудничестве с нефтяным гигантом Saudi Aramco. Государственная компания, являющаяся самой дорогой в мире (1,44 триллиона долларов!), договорилась о статусе одного из шести глобальных партнеров и титульном спонсорстве трех Гран-при. В марте арабы сделали первый шаг на пути экспансии на самый элитный уровень автоспорта. Теперь оформлен второй.

Кстати, команды «Формулы-1» вели бизнес с саудовцами еще в конце 1970-х: чемпионский «Уильямс» гонял с логотипом компании брата Усамы Бен Ладена. Но это уже другая история.

О тяжелом пути сэра Фрэнка к победам, надписи Bin Laden Group на болиде и отказе от шампанского на подиуме мы подробно рассказывали здесь

Нефтяную войну (подбившую рубль) запустил новый спонсор «Ф-1». Он стоит как 26 «Газпромов» и помогает Аравии в захвате автоспорта

«Формула-1» и раньше приезжала в сомнительные страны. Но отказалась от гонки в ЮАР из-за апартеида

География «денежных» Гран-при, упомянутых выше, часто коррелирует с проблемами с правами человека, и это не случайность. Саудовская Аравия не первой догадалась поднять престиж страны с помощью спорта и заменить условный «хлеб» для своего населения (не только экономический, но и политический) зрелищами.

Правозащитники уже выражали озабоченность по поводу визитов «Ф-1» в Малайзию, Бахрейн, Азербайджан, Китай и Россию с гражданином Путиным на подиуме. Набор претензий включает в себя ограничение свободы высказываний, преследование по политическим причинам, дискриминацию национальных меньшинств или ЛГБТ-сообщества и другие вещи, неприемлемые в 21 веке. Концептуально история с Саудовской Аравией лежит в той же плоскости, но отличается амплитудой: сложно найти место, в той же степени несоответствующее декларируемым ценностям «Ф-1».

Во всех предыдущих случаях ситуация развивалась по одинаковому сценарию «побурчали и разошлись» – все «спорные» Гран-при за исключением Малайзии остаются в календаре и сохранят свое место в обозримом будущем. Но ситуация в Саудовской Аравии выглядит выдающейся даже на фоне других не самых демократических стран, а контракт пришелся на тот момент, когда «Ф-1» оседлала мощную волну протестов против дискриминации, так что резонанс должен оказаться выше. Достаточно сказать, что Саудовская Аравия является худшей страной в авторитетном рейтинге Human Freedom Index из всех, принимающих Гран-при в этом году (с большим отставанием по общему баллу), занимая 149-е место из 162. Для сравнения, у России 114-я позиция – выше Вьетнама, Азербайджана, Турции, Китая и Объединенных Арабских Эмиратов.

Очевидно, боссы команд не встанут грудью на защиту прав человека – впрочем, и история с Black Lives Matter в основном касалась пилотов, которые вслед за Хэмилтоном один за другим высказывались против расизма. Пока заявлений по поводу нового Гран-при от гонщиков не было, но Amnesty International уже косвенно обратилась к Льюису за поддержкой.

«Если самый статусный пилот скажет: «На самом деле, это страна с ужасающей репутацией в области прав человека», это помешает попытке Саудовской Аравии обелить свой имидж, – уверен руководитель кампаний организации в Великобритании Феликс Джейкенс. – Высказывания Льюиса стали бы невероятно важными. Тем не менее, это ответственность не только звезд, но и всей индустрии – они должны понимать, что происходит в стране».

В Имоле Хэмилтон появился в футболке с надписью «Права женщин – это права человека». Грустно, что в сегодняшнем мире приходится демонстрировать такие лозунги, словно это не является само собой разумеющимся. Теперь у чемпиона есть шанс подтвердить приверженность собственным убеждениям: подобная фраза, высказанная главным гонщиком современности по отношению к женскому бесправию на Аравийском полуострове, станет действительно знаковой.

У автоспорта есть опыт протеста против вопиющих нарушений прав человека: в 1985 году из-за апартеида Гран-при Южной Африки бойкотировали «Рено» и «Лижье», а через несколько дней об уходе из страны объявила и вся «Формула-1». Гонки вернулись в ЮАР лишь после окончания расовой сегрегации в 1992 году.

Осмелятся ли команды пожертвовать важными баллами в Кубке конструкторов ради гражданской позиции по поводу ситуаций в Аравии? Пока есть ощущение, что в тяжелое кризисное время деньги окажутся дороже хоть каких-либо существенных действий.

Хэмилтон воюет за равенство, но затыкает чемпионов «Ф-1» и атакует коллег с требованием преклонить колено. Разжигает рознь еще сильнее

Источник