Еще до «Правил Джордана».

В 1988 году в издательстве «Физкультура и спорт» вышла книга советского журналиста Игоря Фейна «Арвидас Сабонис». На момент выхода книги 23-летний центровой «Жальгириса» Сабонис уже заработал статус одного из лучших игроков Европы. Подкрепил он его солидным списком индивидуальных и командных достижений. 

В составе сборной Литвы 16-летний Сабонис (на тот момент его рост уже составлял внушительные 213 см) выиграл Всесоюзную Спартакиаду школьников. Главный тренер «Жальгириса» Владас Гарастас сразу же забрал юного баскетболиста во взрослую команду. В составе «кадетской» сборной СССР Сабонис стал чемпионом Европы и признавался лучшим центровым турнира в Салониках. 24 октября 1981 года Сабонис дебютировал в чемпионате СССР, став самым молодым игроком в истории, кому это удавалось.

Вскоре легендарный тренер Александр Гомельский пригласил 17-летнего Арвидаса в сборную СССР для участия в чемпионате мира-1982, который команда выиграла. 29 декабря 1984-го Gazetta dello Sport по поручению ФИБА впервые определила лучшего игрока Старого Света. Награду получил Арвидас Сабонис. Литовцу вручили приз еще 5 раз (1985, 1988, 1995, 1997 и 1999), хотя большую часть уже после выхода книги Фейна. В 1985 «Жальгирис» во главе с Сабонисом выиграл серию финала чемпионата СССР против ЦСКА. Армейцы брали титул 15 раз за предыдущие 16 лет, но теперь их гегемония прервана. Более того, «Жальгирис» оформил «три-пит», взяв чемпионство в 1986 и 1987.

В 1985 Сабонис становится чемпионом Евробаскета и признается лучшим игроком турнира. Годом позже «Портленд» выбирает его под 24-пиком на драфте. Далее был выход в финал Евролиги-1986 и поражение от «Цибоны» Дражена Петровича, поражение от сборной США во главе с Дэвидом Робинсоном в финале чемпионата мира-1986. Все это происходило на фоне начавших беспокоить центрового проблем с коленом. В общем, фактуры для книги Фейна было предостаточно. 

Во вступлении заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР Стяпас Бутаутас рассказывает, насколько уникальным игроком является Сабонис. 

«Такие, как Сабонис, рождаются раз в сто лет», – краткий итог слов именитого специалиста.

Всего в книге 8 глав. 

Глава «Звезды смотрят вниз, или как «Жальгирис» Америку покорил» рассказывает, как «Жальгирис» в Буэнос-Айресе выиграл Межконтинентальный кубок ФИБА, неофициальный чемпионат мира среди клубных команд. Сабонис в финале против аргентинского «Ферро Кариль Оэсте» (84:78) набрал 26 очков и был признан лучшим игроком турнира. Также немало внимания уделено противостоянию с «Цибоной» Дражена Петровича. 

Между Петровичем и Сабонисом было принципиальное соперничество. В 1986 году «Цибона» Дражена обыграл «Жальгирис» (94:82) Арвидаса в финале Евролиги. Сабонис был удален в третьей четверти за стычку с игроком соперников Миховилом Накичем.

В Аргентину «Жальгирис» поехал за реваншем. И своего добился. В Межконтинетальном Кубке-1986 от Европы участвовали финалисты Евролиги «Цибона» и «Жальгирис», лучшие команды Америки «Коринтианс», «Монтелибано» (Бразилия), «Ферро Кариль Оэсте», «Обрас Санитариас» (Аргентина), «Каридурос де Фахардо» (Пуэрто-Рико) и сборная Континентальной баскетбольной ассоциации (младшая профессиональная лига США, прекратившая существование в 2009 году). 

«Цибона» выиграла группу «А», пройдя «Обрас Санитариас», сборную КБА и «Коринтианс». А вот «Жальгирис» неожиданно оступился в матче группы B с «Оэсте» и занял второе место в квартете. Так получилось, что югославский и литовский гранды столкнулись уже в полуфинале. «Жальгирис» камня на камне не оставил от «Цибоны» (104:77). 

«Как же играли ребята, как же они играли! Они ведь и за него играли! Где же Петрович? Что это его совсем не видно? Все получалось в тот вечер у каунасцев. Творил чудеса Йовайша. Он не только помогал Крапикасу держать Петровича, но и, как всегда, потрясал фантастическим чутьем, когда в единственно возможную секунду вылетал наперехват и не давал мячу дойти до главного снайпера югославов. Как заведенный носился по площадке и всех вдохновлял своим неуемным темпераментом Хомичюс. Спокойно, как на тренировке, посылал мяч за мячом в кольцо соперников Куртинайтис. Невозмутимо напрыгивал на щит Висоцкас и играючи снимал мячи с руки огромного для него Араповича. Добросовестно трудился в защите Лекараускас. 

А где же вы, Чутура, Накич, Кнего, Александр Петрович? Что же вы не закатываете истерики, не кидаетесь на пол, не апеллируете к судьям и трибунам, не устраиваете спектакли? Понимаете, что здесь это не пройдет, что публика вам этого непозволит? То-то… Вот что такое настоящая игра, где все решает чистое мастерство, а не балаган… Да, трибуны уже были за «Жальгирис». Сначала болели за «Цибону», а потом — за них, за литовцев. И когда Накич попытался в своем стиле исподтишка задеть Хомичюса – не тут-то было. И Вальдас на него цыкнул, и трибуны возмутились. К десятой минуте второго тайма все было кончено. «Жальгирис» создал такой отрыв, какой в подобных матчах сократить невозможно. И когда задолго до конца сменили Дражена Петровича, всем стало ясно: югославы выкинули белый флаг. За пять минут до конца Хомичюс исполнил любимый сольный номер: с прохода обыграл двоих и с поворота, спиной к кольцу забил. Зал встал и стоя аплодировал, пока последняя электронная цифра не исчезла с табло. 104:77… 27 очков преимущества в споре равных команд – разгром. Расквитались за все. Фактически без Сабониса. Но – за него. И с ним. А он сидел, охрипший, совершенно измочаленный, и еле сдерживал слезы…», – делится эмоциями от увиденного Фейн.

Журналист действительно мог описать все важные моменты из игр Сабониса с позиции очевидца, поскольку зачастую везде за ним ездил. Фейну удалось узнать такие мелочи, которые ни в каких официальных протоколах не отобразятся. Вот как он описал перипетии напряженного противостояния в финале против «Оэсте».

«Ну, парни, все нормально, все в порядке. Так и продолжаем. Арвидас, как нога? – Гарастас с тревогой взглянул на Сабониса.

Тот поморщился, нагнулся, погладил щиколотку, затянутую эластичным бинтом, закутанную в длинный шерстяной носок.

– Ничего, тренер, терпимо, играть можно…

– Смотри… Если что, сразу дай знать, заменим…

Минутный перерыв, взятый тренером аргентинцев Луисом Мартинесом, заканчивался. Сейчас команды продолжат игру

– Таутечай, сеньоры, броляй, амигос… – раздался отчаянный крик из-за скамейки запасных.

Все сгрудившиеся около тренера игроки невольно обернулись. В нескольких шагах от них полноватый, уже в летах, на удивление светловолосый для южноамериканца человек тщетно пытался вырваться из рук дюжих блюстителей порядка. Его поредевшие пряди взлохматились, галстук сбился набок, на груди болтался маленький транзистор».

Проще говоря, книга Фейна – это аналог недавно вышедшего фильма «Последний танец» о Майкле Джордане и «Чикаго» 1990-х. Но только о Сабонисе материал изложен в текстовом виде на бумаге, а не на видео. Уникальные сведения и высказывания, никому не известные моменты внутри коллектива – все это есть в творении Игоря Фейна.

Во второй главе Фейн рассказывает о чемпионате мира-1986 в Испании, на котором сборная СССР заняла второе место, совершив суперкамбэк в полуфинале с Югославией (91:90 ОТ), когда удалось ликвидировать отставание «-9» за 51 секунду до сирены. Петрович был неточен с линии штрафных в решающий момент, а то время как Сабонис свои попытки реализовал. В финале СССР уступил США (85:87), чуть было не совершив очередной камбэк после двузначного отставания по ходу второй половины.

«В Испании зрители увидели лишь тень того Сабониса, которым восхищался мир. Еле-еле удалось ему войти в тройку лучших игроков чемпионата: после Петровича и Шмидта. И то, как утверждали очевидцы, это скорее была дань его прежней игре, чем нынешней. 

Сезон 86-го Сабонис провел очень неровно: суперигра в суперфинале с ЦСКА – провал в Будапеште, призы лучшего на турнирах перед чемпионатом мира – слабая игра на самом чемпионате – очередной взлет в Буэнос-Айресе – невыразительная игра в новом розыгрыше Кубка чемпионов, особенно с «Трайсер Филлипс», когда за весь первый тайм он набрал только два очка…», – подводит итоги 1986 года Фейн для Сабониса.

И здесь же эксклюзивные комментарии самого Арвидаса, которые Фейн взял по прилету в Шереметьево. По ним становится ясно, что Сабонис не железный и ему присущи эмоции обычного человека.

«- Здравствуй, Арвидас! Не грусти! Но, согласись, ты был плох. Кто виноват?

– Да ты знаешь, когда я первый раз мяч в руки взял после травмы? На разминке, перед стартовым матчем…

– Да, но раньше-то у тебя и травм не было.Тебе не кажется, что травма — следствие недостаточной тренированности?

– При чем тут это? Я пахал как все. Не в этом же дело…

– А в чем?

– Кому нужен турнир в Испании за несколько дней до чемпионата… в Испании? Причем почти сразу после турнира в ФРГ? Зачем контрольные проверки за неделю до чемпионата? Кому нужны такие сборы? Мы полтора месяца подряд были вместе – надоели друг другу хуже горькой редьки… Даже мы, литовцы… Про дом забыли… Устал я, понимаешь? Устал. С апреля по июль такая нагрузка была! Мне отдых был нужен, отдых… Мне домой надо было, меня от сборов уже тошнило…

– Значит, обстоятельства и тренеры сборной виноваты в том, что не растешь, не прогрессируешь?

– Так я не говорил. И сам во многом виноват. Но посуди: за счет чего мне прогрессировать? У нас бороться не с кем. А без противодействия совершенствоваться трудно. Я ведь всех обыгрываю – не так?».

Сабонис просто устал играть во множестве турниров, попросту «наелся» баскетболом.

Глава «Приди в зеленый бор, или как отыскать таланты» рассказывает о становлении Сабониса на раннем этапе карьеры. Также немало внимания уделено популярности баскетбола в Прибалтике. 

Комментарий учителя, который объясняет, почему у Сабаса не задалось в музыкальной школе, куда он поступил в детстве.

«Музыка требует внимательности, сосредоточенности, прилежания и усидчивости. По-моему, Арвидас этими качествами не обладает. Он чересчур эмоционален и подвижен. Это совсем неплохо, но его эмоции ищут какого-то другого выхода. Ему, наверное, нужно заняться чем-то иным, более свойственным его темпераменту… К тому же при всей своей эмоциональности мальчик очень неорганизован и рассеян…».

В разделе можно узнать, как рассеянный Сабонис забыл о назначенной Фейну встрече, укатив на рыбалку с Римасом Куртинайтисом и Вальдемарасом Хомичюсом. А также о нежелании легендарного центрового измерять свой рост. Диалог, который не снимали на видео, но который очень кстати смотрелся бы в документальном фильме.

«- Слушай, Арвидас, – решаюсь спросить его самого, – Мне же для дела надо: кто из вас выше – ты или Ткаченко? В протоколах – одно, в программках – другое, Еремина по телевидению – третье..

– Об этом только мы с Тканей знаем…

– И я знаю: ты выше, – вдруг вмешивается Витас Вайкшнорас.

– Ты-то откуда? – Арвидас недоверчиво с высоты своего огромного роста смотрит на маленького доктора.

– А пока ты спал, я тебя и измерил, – Витас, довольный, что озадачил Сабониса, с вызовом поправляет пальцем очки.

– А-а, – облегченно вздыхает Арвидас, – это не в счет. Во сне человек почти никогда в полный рост не выпрямляется. Ничего ты не знаешь».

Следующие главы посвящены выступлению Сабониса на чемпионате мира-1982 и завоеванию «золота» в 17 лет, последующего турне по США, а также попаданию в основу «Жальгириса», принципиальному противостоянию с ЦСКА, отношениям внутри коллектива. «Внутренняя кухня» в сборной СССР – настоящий эксклюзив глазами писателя.

«Старики» восприняли Сабониса по-разному. Мудрый Стас Еремин, так же как Арлаускас и Йовайша в «Жальгирисе», взял новичка под свою опеку. И произошло это само собой: Еремин и Йовайша, даром что соперники, давно и крепко дружили, подчас даже вызывая удивление недалеких, ограниченных людей. А таких хватает и в обоих клубах, и в сборной, и в окружении ЦСКА и «Жальгириса». По мнению таких «патриотов», друзей надо выбирать только под флагом своей команды. Все, кто играет против нее, – враги. И даже то, что полсезона недавние соперники обычно проводят как члены одной команды – сборной, их не убеждает. Не их ли усилиями сколачиваются иногда в сборной группки и группировки, разлагающие коллектив? Не из-за них ли охладела дружба двух капитанов – ЦСКА и «Жальгириса» – Тараканова и Хомичюса? Настоящие спортсмены выше клубной принадлежности. Но дружба Станислава Еремина и Сергеюса Йовайши даже беспристрастных наблюдателей удивляет, а тех, кто знает их обоих, подчас умиляет», – пишет Фейн.

Турне по США Фейн описывает как важнейший вызов для Сабониса. Арвидас с достоинством с ним справился. Он легко обыгрывал американцев в выставочных матчах, в том числе первого номера драфта-1983 Ральфа Сэмпсона.

«Сабонис притягивал зарубежных литовцев как магнит. Кто-то спросил, не собирается ли он приехать за океан насовсем. Арвидас, даром что мальчишка, ответил с улыбкой: «Так я ведь еще не раз приеду. Но насовсем не могу. Мне ведь за «Жальгирис» надо играть, за сборную, да и куда я от нашей Лайсвес аллеи денусь…» Собравшиеся прослезились: господи, и Лайсвес аллея существует, и этот мальчик так тонко все чувствует…», – в фирменном стиле описывает Фейн встречу с литовской диаспорой в США.

«Молодые центровые NCAA, приходя в НБА, постоянно играют с такими асами, как Карим Абдул-Джаббар, Мозес Мэлоун, Ларри Берд, Джулиан Ирвинс, а теперь Ральф Сэмпсон, Патрик Юинг. Сабонис крайне редко борется с игроками похожего таланта и класса. Ему обычно не требуется показывать все, на что он способен. Поэтому совершенно непонятно, чего бы он достиг, если бы смог регулярно встречаться с равными себе противниками. Его способности еще совсем не раскрылись…», – как бы зазывал Сабониса в НБА Билл Уолтон.

Но Арвидас в том момент не хотел отправляться за океан, хотя и признавал силу американской лиги. Да и другие слова он сказать не мог. В первой половине 1980-х уехать из СССР было далеко не так просто. Сабас оставался в Литве, Дома вызовов тоже хватало. Например, прервать доминирование ЦСКА в чемпионате. Армейцев Сабас откровенно недолюбливал, что характерно для литовцев. 

«Неужели многомиллионная Москва не может сделать то, что делает маленькая Литва? И у нас, и у москвичей по две команды в высшей лиге. Но у нас играют только свои, только в Литве найденные, выращенные, ставшие мастерами игроки, а в ЦСКА и «Динамо» москвичей по пальцам пересчитать можно. Да и те не на первых ролях…», – возмущался Сабонис.

Обилие «заимствованных» игроков ЦСКА не помогло. 1985, 1986, 1987 – годы доминирования «Жальгириса» в советском первенстве. 

Название последней восьмой главы «Жизнь наверху, или как трудно быть Сабонисом» говорит само за себя. Арвидас устал от звездной славы. Он не любил публичность и пристальное внимание СМИ. 

«Как же он устал от обрушившейся на него славы… Не передать муку в глазах Арвидаса, когда к нему подходит журналист с очередной просьбой о встрече, о съемке. «Не надо этого, оставьте меня в покое, устал, не хочу, разве нет других достойных людей?». Этот вопрос неоднократно задавал он и мне. Конечно, достойные есть, звезд в спорте много. Но притягательны – единицы. В одном ряду с Сабонисом можно было бы назвать Борзова, Харламова, Третьяка, Ященко, Сальникова, Бубку… Пожалуй, все. Однако мне кажется, что даже среди них Сабонис выделяется.

Да и в нашей стране домыслов в печати хватает. То приписывают ему слова, которых он не говорил, то приводят факты из биографии, коих никогда не было.

– Слышали? – взволнованный голос по телефону. Вчера Сабонис перевернулся на машине. Авария… Неизвестно, выживет ли…

– Кто воспитывает двух детей Сабониса, если жена бросила его? – дрожащий голосок девушки. 

– Да нет, уверенный бас. – Он женился на женщине значительно старше себя, это ее дети, он их усыновил…

– Как там Арвидас после ранения?

– ?!

– Как, вы ничего не знаете? В него же за границей стреляли, но Гарастас заслонил его своим телом, так что нашего Арвидаса только ранили…

– Ты знаешь, что у Сабониса на сберкнижке три миллиона? – даже не спрашивает, а скорее утверждает собеседник – не «фанат», не околобаскетбольный жучок, а известный и уважаемый в мире баскетбола человек.

– Кто-то узнал номер его счета и перевел рубль. Известие распространилось, и все литовцы сделали то же самое, а в Литве как раз три миллиона жителей…», — пишет Фейн о типичных слухах, с которыми приходилось жить Сабонису.

«- Какой вопрос хотел бы задать самому себе?

– Когда мне наконец перестанут задавать вопросы?», – короткий диалог, отражающий всю гамму чувств Сабониса.

В послесловии Фейн рассказывает о проблемах с сухожилием правой ноги Сабониса. Арвидас проходил обследования в Атланте и Портленде, но операцию делал у литовского врача Кястутиса Виткуса. К слову, усугубил травму Сабас вовсе не баскетбольной площадке.

«В доме отдыха в Паланге, где Арвидас проходил курс лечения, он оступился на лестнице и – вновь порвал сухожилие. То самое, которое совсем недавно с таким трудом было прооперировано кудесником Виткусом. Пришлось срочно вновь ложиться на операционный стол. Еще более трудная операция прошла успешно, однако сроки возвращения в спорт отодвинулись».

Сезон 1987 года в баскетболе прошел без Сабониса. Были сомнения по поводу его участия в Олимпиаде-1988, но Сабонис выздоровел и помог сборной завоевать золотые медали в Сеуле. Правда, книга Фейна не успеет охватить этот период.

Не все истории о Сабонисе выставляли его в положительном свете. Например, Фейн прямо намекает о пристрастии Арвидаса к алкоголю.

«На свет, излучаемый звездами, летят не только достойные люди, но и мошкара, обделывающая свои делишки в тени великого спортсмена. Эти рыбки-лоцманы сопутствуют всем знаменитостям, следуют с ними, пока те в силе, но тут же покидают, когда звезда закатывается. К сожалению, таких немало рядом с Сабонисом.

Один его знакомый не скрывал, что застолье с Сабонисом нужно ему для того, чтобы потом покрасоваться перед друзьями: с самим Сабонисом сидел за столом, пил! Каждый норовит чокнуться с Арвидасом. Не выпьешь – обида, в этом литовцы сродни кавказцам. А пить – нельзя. И дело ведь не только во вреде алкоголя, но и в том, что из одной рюмки, из одного бокала раздуют историю, в которой будут фигурировать бутылки, литры, ящики… Андрюс как-то на свадьбе родственников еле удержал сына: Арвидас, уже не находя аргументов, чуть не побил захмелевшего гостя, пристававшего с просьбой выпить с ним рюмочку. Но не будешь же всюду ходить с сыном. А хватит ли у Арвидаса твердости? Не всегда хватало – это было даже предметом разбирательства в республиканском Госкомспорте, на год (правда, условно) дисквалифицировавшего Сабониса…», – написал Фейн.

В книге Фейна есть отрывок, где сказано, что Сабониса в бытовой жизни интересуют только «водка и женщины».

«Поневоле начнешь шарахаться от журналистов. К тому же, у него к нашему брату свой счет. Сколько глупостей, сплетен, небылиц распространяют о нем писаки… Особенно зарубежные. Один югослав написал (уверяя, что со слов Арвидаса, хотя ни одному югославскому журналисту он никогда никаких интервью не давал), что, кроме баскетбола, Сабониса привлекают в жизни только водка и женщины…

Американка из ЮПИ задала ему вроде бы невинный вопрос: «Что вы больше любите — тепло или холод?» Согласитесь, редко кто любит мерзнуть. Арвидас и ответил, что предпочитает тепло. У журналистки же была своя логика: поскольку в Прибалтике погодка с капризами, то своим ответом Сабонис недвусмысленно заявил о желании уехать в Калифорнию, в Штаты и играть за профессиональный клуб… Как после этакого не возненавидеть журналистов?» – отметил Фейн.

Вся информация про «водку и женщин» со слов югославского журналиста якобы описывается как выдумка. Но стоило ли вообще об этом упоминать, если утверждение не имело под собой никаких оснований? Фейн как бы намекает и напоминает, что Сабонис и алкоголь, разгульный образ жизни связаны. В итоге для Сабониса Фейн тоже станет тем самым «писакой», о которых упомянул Игорь Германович в приведенном фрагменте.

Также Арвидасу не понравилось изображение процесса восстановления в больнице и общих личностных характеристик. Фейн так много писал о достоинствах Сабониса, но несколькими фразами перечеркнул все это.

«Ложась в больницу, Сабонис был уверен, что это ненадолго, недельки на две, – не больше. Но доктор Миколас Билюнас, заведующий отделением, был другого мнения. Он показал Арвидасу медицинский атлас, чтобы он понял, что с ним и что надо делать, чтобы вылечить травму. И предостерег: врачи сами по себе многого не добьются, если он сам им не поможет железным соблюдением всех предписаний, терпением, выдержкой.

Сабонис согласно кивал, а сам думал о том, как бы поскорее вырваться на волю. Уже на пятый день благодаря интенсивной терапии он ходил и боли почти не чувствовал. Но это еще не было исцелением. На лечение требовался как минимум месяц, а то и полтора. Но Арвидас торопил события, его подстегивали неудачи «Жальгириса», он едва не убежал из больницы «спасать» матч с ВЭФом, когда увидел по телевизору, как безнадежно проигрывает его команда в родном «Спортгале». Стоило большого труда удержать его.

И чего добился в итоге? Выпустили его из больницы раньше времени, заиграл он снова с больной ногой и уже на второй день снова стал хромать, ни о каком Кубке мечтать не приходилось. Правда, «золото» они с ним, даже одноногим, все же выиграли. Что ж, он и одноногий многого стоит…

Его так опекают, так стараются все сделать за него, что у него складывается какая-то ложная картина жизни – безоблачная, облегченная. Нужно машину для поездок на рыбалку, на охоту? Пожалуйста, будет машина. И несколько дней за ним бегают взрослые люди, работающие на ответственных постах, и чуть ли не умоляют: «Приезжай, Арвидас, забирай машину». А он может себе позволить забыть, не приехать, не побеспокоиться. Да и зачем, если есть масса желающих взять все его трудности на себя? Так и воспитывается эгоцентризм, наивная уверенность в своем праве жить без забот.

Я сам подпадал под обаяние Сабониса-баскетболиста и забывал, что великий он – на площадке, а в обыденной жизни – обыкновенный парень со своими достоинствами и недостатками. Он, например, уважает людей, которые держат свое слово, не подводят. Но самому ему этих качеств не хватает. Манит тех, кто ставит перед собой большую цель и стремится к ней неуклонно. В общем, ему по душе люди с сильным характером. Он требователен к людям. А к себе? Не всегда», – пишет Фейн.

Также не в лучшем свете выставляется самый авторитетный игрок «Жальгириса» Сергей Йовайша, который выступал в роли наставника Арвидаса. Йовайша якобы ударил «ресторанную проститутку», за что «дорого поплатился». Еще один момент, который Сабонису точно не пришелся по душе.

«Сергеюс не допустил ни одного срыва на площадке (за 17 сезонов в большом баскетболе — уникальное достижение), считанное число раз получал пять фолов. Технических фолов, то есть за грубость, некорректность по отношению к судье, зрителям, соперникам не получал вовсе (Сабонис таких фолов имеет в избытке, были и удаления с поля, и дисквалификация). Но именно Йовайша вдруг срывался за пределами площадки как никто другой. Прогремела его история с пощечиной ресторанной проститутке, плюнувшей ему в лицо. Об этой истории писала центральная молодежная газета, что дорого стоило Сергеюсу. И хотя он публично признал свою вину, я видел, что в глубине души считает себя правым…», – отмечает Фейн.

Игорь Германович Фейн – журналист, который умеет и любит писать красивыми словами. Его часто критикуют за преувеличение или даже додумывание некоторых фактов. Чего только стоит скандал в 2010 году, когда форвард ЦСКА Рамунас Шишкаускас заявил, что Фейн «приукрасил» его интервью. 

«Когда я читал статью, становилось досадно, т.к. говорили об одном, а написано совершенно по-другому просто было написано не то, о чем мы говорили. Не понимаю, откуда там взялись разные фразы. Когда я читал статью, становилось досадно, т.к. говорили об одном, а написано совершенно по-другому. С вопросами все нормально, но вот в ответах было много такого, о чем я не упоминал или слишком все было приукрашено. В вопросе о сборной я начал говорить фразами Арвидаса Сабониса, хотя я не упоминал Сабониса. То же касается фраз о шяуляйском клубе, деньгах… Потом получилось, что это мои слова о Базаревиче и других россиянах в НБА, что ничего не получилось. Я об этом не говорил, он мне сам сказал, что «вот Базаревич уехал, ничего не вышло», а вышло так, как будто я все это говорил», – цитирует Шишкаускаса delfi.lt.

После интервью под названием «Шишкаускас: мой поезд уже отправляется на запасной путь» игроку ЦСКА начали звонить знакомые, удивившиеся нехарактерным резким высказываниям сдержанного литовца. После публикации интервью Шишкаускас пытался связаться с Фейном, но безуспешно: «Звонил много раз и сообщение написал, но никто ответил».

Что касается Сабониса, то у него тоже есть численные претензии к Фейну по поводу достоверности фактов. Вскоре после выхода книги Арвидас дал интервью Урмасу Отту, которое транслировали по Центральному Телевидению (высказывание о Фейне с 23-й минуты).

«Не люблю журналистов, потому что я говорю, а они пишут. Не я же пишу. Ты можешь всего говорить, но они или не напишут, или еще свое добавят. Потом получается такое, что вообще уже… С одним дружил. Начали книгу писать с Фейном. Дружили, приезжал… Книга «Арвидас Сабонис»? Не знаю точно. Я поссорился с ним и не хочу его вообще видеть. Как говорится, он вошел в команду. Мы на сборах – он приезжает. Пожалуйста, даем талоны, живи спокойно. Он был типа уже наш. Нам плохо, мы придем ему скажем: «Представляешь, нам вот так и так». Ну хорошо, он там напишет все. Потом не понимаю, из-за чего случилось все. По-моему, в «Огоньке» он написал, что я пьяница, что я лежу в этих больницах и там творится все… Как можно с ним вообще разговаривать? Книгу писал, приходил, постоянно сидели. Я рассказывал, открывал всю душу, хотел, чтобы было хорошо. И потом начинаются такие… Как можно любить?»

Правда, Сабас достаточно быстро отошел. В сентябре 1998 года уже в качестве игрока «Портленда» Арвидас дал интервью на тот момент работавшему в «Коммерсанте» Фейну. Рассказал о приобретении акций «Жальгириса», который в 1999 году впервые выиграл Евролигу, и возможном переходе в европейский клуб во время локаута в НБА.

«Пятнадцать процентов «Жальгириса» принадлежит мне. Пятьдесят процентов – у Шабтая Калмановича, тридцать пять – у литовско-американской фирмы СБА. Не возникло ли желания поиграть за какую-нибудь другую команду во время локаута? Может, и сыграю за «Жальгирис». Могу и за ЦСКА. Только тогда вашему Лужкову придется метро продать. Ну, пару станций точно», – цитирует Сабониса «Коммерсант».

Беседа прошла в спокойном ключе. Сам факт согласия дать интервью говорит о том, что Арвидас уже не злится на написанное в книге Фейна.

«Арвидас Сабонис» Игоря Фейна – при всех своих минусах лучшая и уникальная спортивная книга о легендарном игроке, которая опередила век инсайдов. Возможно, какие-то моменты действительно приукрашены, однако это норма для художественного произведения. Если бы технологии позволяли снять весь материал Фейна на видео, то получилась бы документалка не хуже «Последнего танца». Приходится довольствоваться книгой. Немного архаично, но от этого не менее интересно.

Источник