Под новостями и текстами про Олимпиаду-2020 слишком много ностальгии: раньше Игры напоминали праздник, и даже соревнования по незнакомым видам, которые транслировали раз в 4 года, захватывали дух. Сейчас, кажется, романтика исчезла – Игры превратились, скорее, в тяжелый и неперевариваемый поток, в котором проще утонуть, чем разобраться.

Мы внимательно читаем комментарии – и сверяем ощущения. Нас, как и вас, напрягают допинговые скандалы (теряется доверие к чемпионам, усиливается подозрительность), пугает пресыщенная программа (40+ дисциплин – как во всем разобраться?) – и все это на фоне альтернативных развлечений, где спорт далеко не на первом месте. 

Олимпиады медленно умирают – или все-таки это преувеличение? Что ждет Игры в ближайшем будущем? Как будет меняться их восприятие?

Слово нашим авторам и редакторам, которых мы специально расположили по возрастному принципу – от младшего к старшему. У каждого разные воспоминания, разное детство, разные олимпийские герои, но похожие претензии к устройству Игр.

Ярослав Сусов (21 год): вспоминает дедушку и тот самый рекорд Болта

У меня с Олимпиадой связаны одни из самых теплых воспоминаний детства. Игры-2008 в Пекине я смотрел на даче с дедом, который и привил мне любовь к спорту.

Для него (а вместе с ним и для меня) Олимпийские игры были долгожданным праздником, и мы старались не пропускать ни одного финала. Поэтому, наверное, Олимпиаду-2008 я помню гораздо лучше, чем Евро-2008 (хотя и пишу про футбол).

Лучше всего помню, как мы смотрели легкую атлетику и волейбол, любимые дедушкины виды. Видели тот самый забег Усэйна Болта, болели за наших ходоков и сборную Владимира Алекно. Помню, моим кумиром в ней был блокирующий Александр Волков. Не знаю, почему.

Помню, как мы рано утром смотрели церемонию открытия Игр-2010 в Ванкувере, прыгали от счастья после победы волейболистов в Лондоне-2012, всей семьей делали ставки, сколько сборная России возьмет золотых в Сочи-2014 (дедушка угадал) и по телефону обсуждали, как же круто гандболистки вырвали золото в Рио-2016.

Теперь я знаю немного больше о том, как готовят спортсменов, как отчитываются спортивные чиновники, за что могут отобрать медали и флаг. Но во время Игр об этом не хочется думать. Хочется вернуться в 2008-й, сесть с дедом на даче и просто смотреть спорт.

Жаль, что ничего из этого уже не сделать.

Владислав Воронин (28 лет): уверен, что Олимпиада не дает единой картины и скоро расколется

Олимпийские игры были идеальным фестивалем спорта в эпоху ограниченной информации. Когда было еще мало телеканалов и совсем низкое проникновение интернета, Олимпиада не просто захватывала все пространство – она становилась главным мировым событием. Самым дорогим, пышным, увлекательным развлечением для всех. Даже для тех, кто далек от спорта, триумф воли и предел физических возможностей восхищал, становился главной драмой года. Я никогда не забуду, как читал текстовые трансляции плавания из Афин-2004 у дедушки на работе – и все его коллеги раз в 5 минут заглядывали кабинет с вопросом «Ну что там, ну что там». А там голландец взял золото, а южноафриканец – серебро.

В философском смысле Олимпиада нисколько не изменилась. Это все та же ультима туле любого спортсмена. Смотреть за превозмоганиями атлетов, которые готовы на все ради мечты, по-прежнему очень интересно – я не ставлю под сомнение состязательную часть Олимпийских игр.

Но Олимпиады потеряли прежний ореол величия для широкой аудитории – в смысле подачи они отстали от времени, упустив тот момент, когда медиапокрытие расширилось. Теперь Олимпиада – это лишь один из многих видов топ-контента посередине лета, наряду с новой сериальной драмой Нетфликса, Амазон Прайма и чего-нибудь еще. На всякий случай повторю: я говорю про восприятие Олимпиады не для преданного фаната спорта, а для среднего зрителя из сегмента «широкая аудитория» – в которого и целит МОК, подписывая многомиллиардные контракты.

МОК коммерциализировал олимпийскую мечту – и в этом нет ничего дурного. Но в какой-то момент чиновники сделали не тот выбор. Вместо оттачивания формата и заострения имеющихся драм они увлеклись медиаобжорством – и не могли остановиться, наполняя Олимпиаду все новыми и новыми дисциплинами. Теперь Олимпиада – буйный поток видов спорта и контента, в котором вы запутаетесь, даже если захотите разобраться. Соревнований СЛИШКОМ МНОГО – а когда не представляешь, за что хвататься, выбираешь даже меньше, чем мог бы.

Желая построить зрелище для всех, МОК разбивал главную драму мира на маленькие кусочки – и теперь они не соединяются в единую картину. По отдельности они способны приносить самый разнообразный рост (и аудиторный, и денежный), но чем дальше, тем сильнее мы отходим от идеи объединения. Рано или поздно Олимпиада окончательно расколется – и из двухнедельного фестиваля для всех превратится в бесконечную череду локальных турниров в разных точках света.

Только это уже совсем другая история.

«В России ощущается неравенство: вот чувак на «Мерседесе», а вот бомж на вокзале. Здесь такого нет». Парадоксы Японии – глазами нашего ученого

Дмитрий Долгих (38 лет): обожает волейбол, но смотрит Игры по инерции

К Олимпиадам-1992 мне было уже немало лет, но их все равно не хватало, чтобы понять, почему сборная моей страны выступает под таким странным флагом. Это было обидно и таинственно – приходилось запоминать, за кого болеть, и искать кольца на титрах трансляций совсем не HD-качества. Это более-менее все, что я запомнил из Альбервиля (да, еще название города) или Барселоны – как потом выяснилось, это был последний раз, когда зимнюю и летнюю Олимпиады проводили в один год.

Кадры из зимнего Лиллехаммера-1994 я помню чуть лучше, а воспоминания о летней Атланте-1996 уже слились в видеопоток с цельными историями. Я тогда уже пару лет занимался волейболом, так что особенно внимательно следил за олимпийским турниром – и без википедии помню минимум 7 игроков прекрасной голландской сборной, обыгравшей в финале итальянцев. Но еще очаровательнее были футбольные нигерийцы – великая сборная Кану, Окочи, Уэста, Бабаяро и Уче Окечукву дала два лучших концерта, перестреляв в полуфинале звездных бразильцев (с Роналдо, Ривалдо, Бебето и Роберто Карлосом), а в финале – звездных аргентинцев (с Креспо, Ортегой, Симеоне и Дзанетти). Не уверен, что в истории Олимпиад были футбольные турниры лучше.

90-е кажутся лучшим временем и для Олимпиад вообще. Последнее 10-летие до массового интернета с ограниченной конкуренцией и при этом уже вполне достойным уровнем шоу и его показа – Игры тогда так резко контрастировали с моей монотонной провинциальной картинкой, что воспринимались как послание из другого мира.

В те времена я ловил почти любой спорт, бессистемно проскавиваший в сетку телеканалов, так что на Олимпиадах смотрел все подряд, боясь упустить что-то интересное (тогда ведь не так просто было потом найти результаты) – и не думал, что когда-нибудь будет иначе. Но Игры-1998 в Нагано оказались пиком. Как и сейчас в Токио, многие соревнования проходили ночью или совсем ранним утром, так что у нас их показывали в записи среди дня. Финал хоккейного турнира между Россией и Чехией казался самым интересным из того, что можно представить, но я жестко обломался. И дело не только в результате (Россия проиграла 0:1) – за час до трансляции друг, у которого было спутниковое ТВ, с дурацкой улыбкой спалил мне результат. Времена изменились.

В ХХI веке я все еще смотрю Олимпиады, но очень выборочно (обычно только игровые виды и то не все) и иногда просто по инерции. С новыми технологиями и возможностями мир точно стал зеленее и удобнее. С моей первой Олимпиады изменилось почти все. И только вместо флага моей страны почему-то снова другой (на этот раз – флаг Олимпийского комитета России).

Мы проникли в Токио – на Олимпиаду-2020: за нами следят два приложения, сдаем тесты плевками и ужинаем «Дошираком» 💪

Алексей Белов (44 года): называет Олимпиаду анахронизмом XXI века

Кристин Отто, Олаф Людвиг, Гинтаутас Умарас, Эрика Салумяэ, Даниэла Силиваш, Андреас Цюлов – Олимпиада в Сеуле была 33 года назад, а я назову имена этих и некоторых других чемпионов хоть разбуди среди ночи, и это я умышленно пропускаю более знаменитых вроде Бубки или Леннокса Льюиса.

Мы, дети 80-х, впитывали весь спорт, до которого могли дотянуться. Мы и смотрели все подряд: баскетбол – отлично, хоккей – еще лучше, мотобол – ух ты, спидвей – ого, классно. И пробовали сами – на более или менее сносном уровне почти все мои друзья умели играть в любую командную игру – от футбола до мотобола (рубились на великах).

Заставьте меня назвать сходу героев Рио-2016 – не получится! Не потому что не знаю и не потому что уже отказывает память – просто объем информации слишком велик, и непрофильная, малозначимая прячется под слоями более актуальной. И это только во вторую очередь особенность возраста, в первую – конечно, времени.

Оказалось, что когда есть альтернатива – Олимпиада уже не так интересна. Зимняя, с хоккеем и не перегруженная дисциплинами, еще туда-сюда, но летняя, в которой больше 30 видов и больше 300 комплектов медалей, в которой нет полноценного российского флага – это уже не праздник, а просто поток событий, которые надо постоянно переваривать. Но зачем?

Я бы посмотрел баскетбол, но наша сборная в Токио не пробилась, а американцев и так целый год вижу в НБА. Я бы посмотрел бокс, но в любительском виде он умер лет 20 назад. Я бы посмотрел легкую атлетику, но там сейчас не знаю никого, кроме Шубенкова и Ласицкене – и до конца не уверен, что они едут в Токио, потому что допинговая тема бесконечно утомила. Я бы посмотрел волейбол или гандбол, но это же потребует усилий – изучать календарь, подстраиваться как-то. Зачем?

Нет, оказалось, что если ты не смотришь Олимпиаду потоком, ты не смотришь ее вообще. И получается, что для XXI века Олимпиада – анахронизм.

Денис Пузырев (45 лет): помнит атмосферу Игр-80, а теперь переживает из-за скандалов и разоблачений

Олимпиада – мое первое воспоминание в жизни. Вообще самое первое. Мне 4 года. Лето в деревне у бабушки – настоящий кайф, который можно почувствовать в детстве. Ни забот, ни проблем – сплошное, ничем не замутненное счастье. Но тем летом к празднику, который и без того жил в любопытной  голове добавлялся еще один, шедший откуда-то извне. Сейчас невозможно вспомнить детали, в чем выражалось – в разговорах взрослых или черно-белых картинках старенького телевизора, но я четко помню, что жил тем летом в атмосфере бесконечного счастья.

Это было лето 1980 года. Я плохо помню соревнования той Олимпиады. На память о ней долгие годы оставались лишь детское зеркальце в виде олимпийского мишки, которое я выконючил у бабушки на рынке, да коробочка с коллекционными олимпийскими рублями. Их было так много, что они часто попадались как сдача в любом магазине.

В памяти сохранилась церемония закрытия – шоу в «Лужниках» с улетающим медведем и медвежья морда, выложенная из плашек, которые держали волонтеры на центральной трибуне. Мишка улетал, по трибунной морде катилась слеза – и я тоже не мог сдержать слез. Но я знал, что Мишка обязательно вернется и праздник Олимпиады повторится вновь.

С тех пор Олимпиада где-то на подсознательном уровне ассоциировалась с тем детским состоянием счастья. Ее ждали все как главный праздник, а соревнования смотрели даже в тех видах, которые обычно не показывали по телевидению. Чемпионы Олимпиады казались настоящими богами.

Когда же это ощущение стало уходить? На Олимпиаде-88 в Сеуле все ждали финал на 100-метровке. Его анонсировали за много месяцев до старта – изящный американец Карл Льюис против брутального качка из Канады Бена Джонсона. Джонсон бежал как ракета – 9,79 секунды – фантастика. Но уже через три дня Джонсон попался на стероидах, результат и рекорд аннулировали, золото отдали Льюису. В тот день я впервые подумал о том, что у Олимпийских игр может быть и обратная сторона – грязная и неприглядная.

«Спасибо за унижение! Ты подонок». От героя до изгоя за 72 часа

Дальше все было только хуже. В 1992-м я уже был студентом и знакомые попросили меня приютить пару из Барселоны. Я удивился – как можно было уехать из города во время Игр. Даже если не любить спорт, но проникнуться атмосферой праздника – бесценно. Но мои гости восторгов не разделяли. Они были активистами – то ли экологами, то ли анархистами. По их словам, за три недели до Игр к ним пришла полиция и объяснила расклад: либо они уезжают на время Олимпиады из города или проводят месяц в тюрьме – повод найдется. Они рассказывали удивительные вещи – как власти города транжирили деньги, выделенные на олимпийские объектц, как варварски вырубались деревья в парках, где теперь кипела стройка. И это тоже стало для меня откровением – я и не думал, что праздник спорта может быть поводом для коррупции и нарушения прав человека.

С каждой следующей Олимпиадой ощущение праздника из детства становилось все меньше, вытесняемое все новыми скандалами и разоблачениями. Олимпиада в Сочи убила этот праздник окончательно. Той Олимпиады из детства больше не будет.

***

А как вы – радуетесь Олимпиаде, как в детстве, или тоже пугаетесь раздутой программы? Пишите комментарии – почитаем, обсудим, поспорим!

Источник