Страсти по самому красивому гоночному номеру.

С 1995-го в «Формуле-1» номера гонщиков закрепляли за командами: чемпионы получали заветные «единичку» и «двойку», а остальным коллективам доставались числа в соответствии с занятым местом в Кубке конструкторов. Еще раньше все команды, кроме чемпионских, имели постоянные номера – и потому «Тиррелл» и «Феррари» десятилетиями гонялись под шильдами «3» и «4» и «27» и «28» соответственно и меняли их только в случае победы в чемпионате (новые чемпионы получали 1-2, а проигравшим доставались освободившиеся номера).

Но в 2014 году «Формула-1» устроила имиджевую революцию: предоставила пилотам самим выбирать себе номер. Исключений не так много: из обращения исключен №17 в память о погибшем после аварии на Гран-при Японии Жюле Бьянки, а еще №1 так и закреплен за чемпионом, а не гонщиком – под ним может гоняться только победитель предыдущего сезона.

Себастьян Феттель в 2014-м так и сделал – и стал первым и единственным в новейшей истории «Ф-1» пилотом с «единичкой».

После поражения Себ выбрал №5, а право на чемпионский символ получил Льюис Хэмилтон – но он остался с №44 из-за огромной личной эмоциональной привязки: с ним британец выходил на первые картинговые гонки.

«Когда мне было 8 лет, я получил очень старый карт, – рассказал чемпион. – Отец купил его по объявлению в газете и потом занялся ремонтом. Наконец предстояла первая гонка, а мы не знали, какой номер использовать. У его машины был номер «F44». Вот с этим числом мы выступали много лет. Но когда я пришел в «Формулу-1», его нельзя было использовать. Потом я все же вернулся к нему. Это номер, который знаком моей семье, мне и моим фанатам. Я могу использовать №1, но мне больше нравится №44».

Вот он – тот самый старый карт Льюиса:

И именно с этим номером британец выиграл несколько локальных чемпионатов по картингу – и заслужил сделку с «Маклареном» в 98-м.

Хэмилтон дважды изменял традиции – для специальной фотосессии по просьбе команды в практиках на Гран-при Абу-Даби в 2018-м и 2019-м. Потребовалось даже особое разрешение от ФИА.

«Лично мне не нравится первый номер, вообще. Но я сделал это, потому что выступаю здесь уже шесть лет и помню, как Дженсон выиграл титул, а потом ушел в «Макларен». И в итоге первый номер был на болиде «Макларена». Это странно, что первый номер получает любая команда, в которую ты уходишь.

Мы много лет выигрываем титулы и на наших машинах никогда не было первого номера. И, помню, механики и инженеры в какой-то момент начали просить меня сделать это. В итоге я подумал, что было бы классно, если машина «Мерседеса» получила первый номер хоть на одну сессию. Теперь у команды будут фотографии, которыми можно будет гордиться потом, и говорить «мы были номером один».

А Макс Ферстаппен не разделяет позиции Льюиса – новый чемпион пообещал забрать «единичку».

«Непременно!  Сколько раз еще мне представится такой шанс? Возможно, это единственная возможность. Я уверен, это лучший номер… А еще это хорошо для продажи спортивной атрибутики, так что поменять будет разумно», – высказался Макс.

И неудивительно: №33 для него явно не так ценен – ведь Ферстаппен взял его по суди от безысходности.

«Моя любимая цифра – 3, использовал ее на всех своих болидах. Но к моему приходу в «Ф-1» Даниэль Риккардо уже забронировал номер, так что я просто добавил другую тройку. Думаю, выглядит довольно симпатично».

Иронично: в новую эру «Формулы-1» единички использовали только пилоты «Ред Булл». А вы рады, что в 2022-м чемпионский номер вернется спустя семь лет?

Правда о номерах гонщиков «Ф-1»: выборы в честь Зидана, Ивана Саморано и красоты личных логотипов

Льюис Хэмилтон cбыл шикарный пентхаус в Нью-Йорке за $50 млн. Прибыль – $5,6 млн, но покупателя искал три года

«Хочу побеждать чисто – чтобы никто не сомневался во мне». Взгляд Хэмилтона на схватку с Ферстаппеном за рекордный титул «Ф-1»

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here