Новые данные.

Базербитеров, которые принесли победу одной из команд, оказалось в общей сложности 773 штуки. (Попадания, случившиеся во время Матчей всех звезд, так же не принимались во внимание). Кроме того, не вошли в зачет базеры конкурирующей с НБА в 70-е годы лиги АБА: она освещалась гораздо хуже, и ее матчи не транслировались по общенациональному телевидению.

Авторы уточняют, что видео-подробности всех моментов доступны с начала 80-х. Для большей части остальных эпизодов им приходилось опираться на письменные свидетельства. Особенно проблемным периодом оказались годы между 1946-м и 1955-м, когда работа секундометриста была не столь четкой и даже участники соревнования не особенно понимали, сколько времени осталось на табло.

Первенство Джордана в этой категории самоочевидно. Как минимум, потому, что все его базербитеры – от первого, решившего исход серии с «Кливлендом» в 89-м, до последнего, забитого уже в составе «Вашингтона», но все равно «Кливленду» – хорошо документированы и запечатлены в памяти любого уважающего себя любителя баскетбола.

Джордан – символ побед. Джордан – одновременно символ побед, достигнутых героическим усилием.

«Если у вас есть сомнения касательно исполнения броска или вы чувствуете «давление», осуществляя бросок, то это происходит исключительно из-за того, что вы недостаточно тренировались, – говорит он сам. – Единственный способ снять давление – это работать над фундаментальными вещами, тренироваться и тренироваться для того, чтобы, когда в игре наступает тяжелый момент, вы были бы готовы ко всему.

Я мог обыграть вас один на один, заработать штрафные или отзащищаться. И если вы бросите на меня троих, то я отдам передачу партнеру для отрытого броска.

Никто не верил мне, когда я рассказывал, что всегда тренировался с большей самоотдачей, чем показывал в официальных матчах. Но это правда. Именно на тренировках вы создаете себе зону комфорта. А во время игры вы просто реагируете на то, что ваше тело и так привыкло делать».

Броски под сирену Джордана характеризуются тремя ярко выраженными отличиями.

Во-первых, высочайшей результативностью: в победных матчах он набирал 34,4 очка, гораздо больше, чем кто-либо еще.

Во-вторых, ему не требовались партнеры для того, чтобы совершить самый важный бросок в матче. В семи ситуациях из девяти не было результативной передачи.

В-третьих, все девять базеров – это броски после ведения: 7 со средней дистанции, еще 2 трехочковых. Это запатентованное смертоносное оружие ЭмДжея, о чем все и так, впрочем, знали.

Важный факт, который стоит иметь в виду: к Джордану начали подбираться только в наше время (Леброн имеет возможность вообще его обойти), только тогда, когда сам он узаконил моду на массовость героических побед. До этого рекордная отметка в данном компоненте составляла 4 попадания (ее достигли 11 игроков, в том числе Билл Лэймбир).

***

Но никто не ассоциируется с бросками под сирену так, как форвард «Бостона». Как сказал один известный оратор, «Пол Пирс – это Истина».

Пирс семь раз выигрывал матчи базерами под сирену и еще пять помогал сделать это своим партнерам. По первому показателю он занимает общее четвертое место в истории, по второму – без вариантов первое.

Пирс предлагает многочисленные опции: и броски с отклонениями (как тогда против «Нетс»), и трехочковые (как тогда против «Торонто»), и проходы (против «Майами»). Но самое важное – его широченная корма производила такое завораживающее впечатление на защитников, что он либо что-то придумывал (всегда самостоятельно, без передачи), либо стягивал на себя игроков и находил партнера.

***

Ну, и самый неожиданный человек в этом списке.

Андре Игудала, само собой, известен чемпионским духом – в конце концов, он единолично успокоил молодую команду «Уорриорс» в их первом финале в 2015-м. Но его умение показывать все лучшее в самое напряженное время обычно забывается.

Игги дважды спасал «Уорриорс», а еще три базера записал в бытность игроком «Филадельфии». В итоге он делит первое место по броскам под сирену в «76-х» с Дольфом Шэйесом и делит второе место в «Голден Стэйт» (уступая лишь Рику Бэрри).

В эпоху наяривания на статистику и эффективность Кобе Брайант перешел в разряд игроков попсовых и переоцененных. Еще тогда, когда лидер «Лейкерс» вел команду на второй три-пит, разрешились все споры по данному вопросу: в решающие моменты игры он показывает один из худших процентов попаданий среди всех суперзвезд. Было предложено и понятное тому объяснение: дело не в нехватке умений, а в том, что Брайант чересчур узурпировал мяч, не был готов откинуть даже Саше Вуячичу, а потому действовал слишком предсказуемо для защиты.

Хотя с тех пор прошло десятилетие, но миф о склонности Брайанта «убивать», лишать соперников всяческой надежды, казнить их мучительными способами лишь упрочился.

И понятно почему.

Во-первых, Кобе располагается на второй строке по броскам под сирену – сразу за Джорданом.  У него их восемь.

Во-вторых, никто не выдумывал более изощренные варианты для самоутверждения. В конце концов, у Брайанта не только тот безумный бросок через Уэйда в Рождество, но и сразу два (два!) матча, когда он сравнивал счет базером в основное время и тут же вырывал победу базером в овертайме.

В-третьих, базеры Кобе всегда были связаны с победными периодами в истории его клуба. Четыре случились во время первого три-пита, четыре – во время второго, а еще один украсил феноменальную серию 2007-го, когда «Лейкерс» не хватило чуть-чуть, чтобы опрокинуть команду со второй позиции.

Ну, и, в-четвертых, потому, что никто больше него не вырывал победы тогда, когда все уже складывалось в пользу соперников. Его команда уступала, а он единолично делал ее победителем.

Возможно, процент таких бросков у Кобе был не очень. Но в данном случае перевесило другое. Он всегда говорил: «Любой негатив – давление или вызовы – я всегда рассматриваю как возможность показать себя». Даже ошибаясь, Брайант не терял уверенности и вновь и вновь брал на себя инициативу, брал на себя ответственность, сохранял феноменальный иммунитет к промахам, неудачам, критике со стороны.

В итоге взял количеством.

***

Сразу за Брайантом еще одна крайне сомнительная фигура – тот самый Винс Картер, который просрал карьеру, симулировал травму ради трейда, предпочел выпускной седьмому матчу… Ну, вы знаете.

Картер ничего не выиграл, сменил кучу команд, запомнился главным образом данк-контестом… И при этом подтвердил свою репутацию наследника Майкла Джордана, но еще и с трехочковым броском хотя бы в одной области: болельщикам «Нетс» он запомнился одним из самых надежных игроков в клатче.

У Картера в итоге пять бросков с сиреной – все пять трехочковые (это рекорд), все пять забиты тогда, когда его команде жизненно требовалось попадание (это второе место). Картер же лидирует по броскам с 9 метров – у него таких три.

Для профуканной карьеры не так плохо.

***

Великий Берд смотрится в этом списке очень скромно. У него всего четыре базера, в два раза меньше, чем у Джо Джонсона, меньше, чем даже у Игудалы, столько же, сколько у Билла Лэймбира.

Это не совсем та магия, которую нам все время обещали.

Но тут надо смотреть на несколько вещей.

Берд на голову выделялся в этом аспекте в свою эпоху: в его время ни у кого не было и двух подобных мячей, тогда как у него сразу четыре.

Берд демонстрировал потрясающий уровень сложности в бросках под сирену. Какой ни возьми, каждый его базер вызывает ощущение чуда.

Берд – единственный, кто выиграл базерами два матча подряд. Эээ, что?!

Берд каждый раз находил у себя эти чудодейственные броски, когда «Селтикс» отставали в счете и им незамедлительно требовалось спасение.

И наконец, все четыре броска сопровождали матчи, в которых Берд и до базера выглядел абсолютным королем площадки. 38 очков против «Финикса» в 83-м, 48 – против «Портленда» – в 85-м, 32 – против «Детройта» два дня спустя, 47 очков против «Вашингтона» в 87-м.

Легенда Джо Джонсона создавалась прямо на наших глазах. Всегда фигурировавший в ряду переплаченных атакующий защитник переехал из слабохарактерной Атланты в глянцево-пустышечный «Бруклин» и превратился там в «Айзо-Джо», человека, которому ни в коем случае нельзя давать шанс на спасение в клатче, ведь он вас непременно убьет.

В «Нетс» Айзо-Джо нарисовал пять базеров, еще один (свой единственный в плей-офф) добавил в «Юте».

Все, что произошло в «Бруклине» после обмена Пирса-Гарнетта, вряд ли кому-то особенно греет душу, но именно эти годы заставили пересмотреть отношение к Джонсону. Из парня, мусорившего статистику и проваливающегося в плей-офф, из того, кто всегда возглавлял список «Не тянет на первую звезду», Джонсон превратился в главного клатчера последнего десятилетия и человека со стальными нервами.

***

Место Гарнетта здесь в наибольшей степени говорит о том, насколько революционной была фигура форварда для истории НБА. Он единственный человек такого роста (каким бы ни был его настоящий рост – ведь КейДжи всегда скрывал, что он на самом деле семифутер), которому удалось реализовать пять бросков с сиреной.

Все потому, что:

а) подобные броски чаще всего совершаются с дистанции – в случае Гарнетта это так, это все дальне-средние попадания.

б) Гарнетт – «большой», который ушел от кольца и создал моду на растягивающих четвертых. И да, обогнал даже Билла Лэймбира, своего предшественника.

Четыре базера в форме «Миннесоты». Один – в форме «Селтикс»

***

У Дуэйна Уэйда нет репутации клатчера, хотя статистически по эффективности в решающие моменты он не уступает Кобе Брайанту.

Но за довольно продолжительную и крайне насыщенную карьеру как-то само собой собрался набор базеров, с которым не стыдно встретить старость. Какие-то мячи были непритязательными (запихнул в кольцо после того, как получил блок от Джордана Белла), какие-то залетели явно на шару (как тогда в «Чикаго»), все случились в матчах регулярных чемпионатов… Но даже с таким кисловатым набором он все равно попал в число избранных.

И да, тот мяч против «Чикаго» вряд ли кто-то забудет.

Всю жизнь Джеймса критиковали за то, что он не умеет действовать под давлением и всегда откидывает мяч партнеру вместо того, чтобы ррррррррешать.

Так было в школе: в решающем матче выпускного сезона Леброн отдал передачу под дальний бросок.

Так было в «Кливленде»: в серии с «Детройтом» Леброн прошел под щит в концовке одного из матчей, но не стал атаковать при «-1», а нашел в углу Дониелла Маршалла.

Так было в «Майами»: в серии с «Далласом» Леброн отказывался брать на себя инициативу в четвертой четверти.

Так было в «Кливленде»: в финале с «Голден Стэйт» Джеймс откинул мяч в угол практически закрытому Кайлу Корверу.

Так было в «Лейкерс»: здесь он промахивался с линии штрафных.

Джеймс при этом всегда отстаивал свою правоту перед вопящей толпой и неизменно утверждал, что открытый бросок от снайпера всегда лучше броска даже от такого прекрасного во всех отношениях мужчины, как он. Со школьных времен он позиционировал себя как реинкарнацию Мэджика Джонсона и видел свою задачу в том, чтобы создавать ситуацию для других. А то, что они не попадали, уже не являлось его проблемой.

Но сочетание нескольких факторов (количество матчей в плей-офф плюс слишком явная криворукость партнеров на некоторых этапах карьеры плюс вызывающий протест против работы некоторых тренеров) привело к тому, что Джеймс является абсолютным лидером по попаданиям под сирену в плей-офф и вообще одним из лучших по игре в решающие моменты в плей-офф.

Как всегда говорил Милош Теодосич, «нет ничего проще бросков под сирену» – от тебя никто ничего не ждет, просто бросай.

Доступно даже Леброну.

Он по-прежнему не хочет бросать: у него лишь два попадания под сирену в матчах регулярного чемпионата.

И сразу пять базеров в плей-офф: сумасшедший мяч против «Орландо» в 2009-м, проход мимо Пола Джорджа в 2013-м, комбинация «Чикаго» в серии с «Буллс» в 2015-м и попадания в сериях с «Индианой» и «Торонто» в 2018-м.

У Леброна уже почти в два раза больше лучшего результата за всю историю НБА.

В рекордсменах плей-офф так же выделяются еще два человека.

Дэмиан Лиллард, будучи вечно недооцененным лидером скромной команды, записал на себя два самых запоминающихся броска в плей-офф последнего десятилетия и сам создал мем «Время Лилларда».

Одно из прозвищ Джерри Уэста – мистер «Клатч». В те годы никто не забивал столько важных мячей и таким вот образом. Как уже сказано, попадание с центра площадки в финале-1970 здесь не считается, так как этим броском он всего лишь перевел встречу в овертайм. Зато оба эпизода в плей-офф упрочили легенду о стальных нервах защитника: в тех ситуациях он полностью переворачивал ход матчей – в 62-м году перехватил пас Сэма Джонса в финале, в 63-м отнял мяч у Хэгана в полуфинале.  

Четыре соображения по этому поводу.

Первое.

Кобе Брайант, Кевин Дюрэнт, Винс Картер и Мучи Норрис в фильме «А какого хрена здесь делает Мучи Норрис?»

Второе.

Кевин Дюрэнт за всю карьеру реализовал три броска с сиреной. И все три они – трехочковые.

Не совсем то, чего ожидаешь от пластичного семифутера, все же любящего среднюю дистанцию.

Третье.

Мо Уильямс реализовал все три свои броски со сверхдальнего расстояния – больше 8 метров. По этому показателю он уступает лишь Винсу Картеру.

Четвертое.

Он даже сам признавался, что один раз на спор специально подстроил все так, чтобы у него была возможность совершить такой бросок (и, естественно) попасть.

Броски под сирену – та стихия, в которой «Агент Ноль» чувствовал себя лучшим: у него было уникальное для того времени умение создавать бросок с ведения и такой атлетизм, в котором Стефу Карри отказала природа.

Поэтому на пике Аренас принялся штамповать такие попадания: между 2004-м и 2007-м он настрелял сразу пять попыток, причем три дальними бросками, причем три произвел в течение одного сезона, чего до него никому не удавалось, причем один раз сопроводил базер 51 набранным очком (тоже рекорд).

Аренас был едва ли не лучшим шоуменом в истории баскетбола. Шоуменом за пределами площадки: он уже на пике карьеры вел блог и рассказывал вещи, которые баскетболисты никогда не рассказывают. Шоуменом на площадке: защитник играл с такой энергетикой абсолютной неуязвимости, которой обладают разве что великие боксеры вроде Али, Роя Джонса, Тайсона – он смеялся над зрителями, смеялся над соперниками, смеялся над обстоятельствами и знал, что всегда сможет запихнуть мяч с семи метров под сирену.

Через две недели после базера против «Соникс» все закончилось: Аренас получил тяжелую травму колена и после нее потерял все. А ведь еще три таких года и главная миссии карьеры, вне всякого сомнения, была бы выполнена.

НБА – империя модных цифр. Объясняем, как пользоваться продвинутой статистикой

«Только бог может сотворить подобные вещи». Неприметный ролевик изменил историю Евролиги

Скучаете дома? Вот вам 30 матчей НБА, которые нужно посмотреть любому культурному человеку

Источник